Виктор Боков

19 сентября 1914 года родился Виктор Боков, поэт, собиратель фольклора.

 

Личное дело

Виктор Федорович Боков (1914—2009) родился в деревне Язвицы Владимирской губернии (ныне Сергиево-Посадский район Подмосковья) в семье крестьян. «Дед мой, Сергей Артемьевич, был знаменитый на всю округу силач, — вспоминал поэт. — Двадцать пудов соли в одном куле поднимал. Или лошадь за задние ноги стреноживал. А в кулачных боях ему равных не было. Приехал знаменитый боец из Москвы, ходит, похваляется. Ну, сошлись. Дед ему говорит: «Бей первым». Тот размахнулся, как саданет в висок. Дед покачнулся, но устоял. Теперь его очередь. И вот дед как трахнул гостя по башке — всё…На рогожку. Замертво с одного удара».

Окончил школу-семилетку в Загорске (Сергиев Посад). Учился в Загорском педтехникуме, работал токарем. В студенческие годы посещал литературный кружок, одним из руководителей которого был Михаил Пришвин. В 1934 году опубликовал стихи в районной газете, которые Пришвин отметил.

Писал и прозу, его рассказ «Дорога» понравился Андрею Платонову, который увидел в нем «силу и прелесть», «острый литературный такт».

Боков собирал и исследовал фольклор, печатал статьи о народном творчестве. В 1934—1938 годах учился в Литературном институте им. Максима Горького в Москве. С 1938 года был литературным консультантом при Всесоюзном доме народного творчества. С 1941 года — член Союза писателей СССР.

С началом войны с женой Евдокией и двумя сыновьями, Константином и Алексеем, уехал в эвакуацию в Чистополь (Татарстан). В 1942 году был призван в Красную армию. Во время учебы в военном училище был арестован за письмо родителям, где жаловался на то, что курсантов плохо кормят.

Боков был осужден по 58-й статье (контрреволюционная деятельность) и отправлен в сибирский лагерь на пять лет. «Оклеветали: что я ругал советскую власть, хотел, чтоб Гитлер пришел к нам», — вспоминал поэт. «Товарищ Сталин! Слышишь ли ты нас? / Заламывают руки, бьют на следствии», — писал он в то время. В лагерь ему приходили письма Пришвина и Платонова. В сентябре 1947 года писал Платонову: «Сообщаю, что скоро месяц, как я гражданин. Остался работать в Сибири». Трудился вольнонаемным рабочим до весны 1948 года, затем до 1956 года жил в деревне Ильино Калужской области — в столице останавливаться ему было запрещено. В 1950 году составил и издал в Ленинграде антологию «Русская частушка». В 1956 году вернулся к жене и детям в Москву.

В 1958 году опубликовал сразу два сборника стихов: «Яр-хмель» и «За́струги», получившие одобрение критики.

«Пришло уверенное вдохновение от встречи с людьми, с родной землей, с народной речью, которая рвет узды грамматик и вольно пасется на своем лугу», — рассказывал он спустя полтора десятка лет.

В 1966 году ушел из семьи к учительнице английского Алевтине, с которой прожил еще сорок лет.

В 1960-х издал книги стихов «Весна Викторовна» (1961), «Ветер в ладонях» 1962), «Лирика» (1964), «Алевтина» 1968), «Свирь» (1968). В 1963 году также выпустил сборник прозы «Над рекой Истермой».

В 1970-е продолжил изучение фольклора. Сочинил поэмы на современные темы: «После Победы» (1976) и «Злата Прага» (1979), написал предисловия к книгам поэтов-современников.

Выполнил ряд переводом поэтов народов СССР: Ашота Граши, Матвея Грубияна, Петра Заднипры, Симона Чиковани и других. С 1985 года был членом правления Союза писателей РСФСР и Центральной ревизионной комиссии Союза писателей СССР (1986—1991, комиссия проверяла финансово-хозяйственную деятельность писательского объединения), членом редколлегии еженедельника «Литературная Россия» (1986), членом Высшего творческого совета Союза писателей России (с 1994 года).

Виктор Боков умер в писательском поселке Переделкино 15 октября 2009 года в возрасте  95 лет. Похоронен на Переделкинском кладбище.

 

Чем знаменит

 
Виктор Боков

Поэт, автор стихов к таким известным песням как «Оренбургский пуховый платок», «На побывку едет…», «Ой, Наташа», «На Мамаевом кургане», «Шуми, береза белая».

Песни Бокова в 1960—1980-х годах звучали повсеместно, многими они воспринимаются как народные. В своих песнях он соединил озорство частушек и распев русских протяжных песен. «Поэт народной души» — так Виктора Бокова охарактеризовал поэт-блокадник, литературовед Владислав Шошин.

Один из самых известных в стране собирателей и творцов современной народной частушки. Издал антологию «Русская частушка» (1950). Регулярно ездил в фольклорные экспедиции на Рязанщину, на Волгу, в Вологодскую и Воронежскую области.

 

О чем надо знать

Бойкость характера и смекалка не раз выручали Бокова во время заключения и после. «Во времена моей Сибириады я, как зоотехник, вез на машине свиные туши, — рассказывал поэт. — К поезду товарному, на фронт их должны были отправить. Вдруг машина ломается. В чистом поле. А это же верная смерть — остаться наедине с тушами в нашем краю — ночью все растянут, и тебя будет ждать либо пуля, либо вторая решетка. Вдруг навстречу — редкая удача — идет грузовик. Поднимаю руку, останавливаю. Шофер везет уголь. Я открываю кабину и с отборнейшим матом приказываю ему немедленно сгрузить уголь и погрузить туши, свезти их на станцию. Говорю: «Если ты не исполнишь, то будешь расстрелян сегодня же, в одиннадцать часов ночи!» Всё! Как миленький повез! Таких случаев у меня много было».

 

Прямая речь:

О загубленной молодости («Молоко», 2002):

— Погубила меня в молодости жалость. Пожалел я женщину…

— В том смысле, что женились на ней?

— Нет, в том смысле, что женившись, послушал ее и раз, и два. Из-за этого вся моя жизнь пошла наперекосяк — и отсидки, и страдания, и потерянные годы.

— То есть, все зло от женщин?

— Все зло от зла.

— Ну а как же вы, такой орел, могли в молодости промахнуться, так женившись?

— Это вопрос, да…

О надежде на хорошее (там же): «Хорошо ли, плохо ли, но я и в жизни, и в поэзии, избрал путь оптимиста, а не путь нытика. Помню, зимой, в Сибири, едут две женщины на санях, и плачут, слезы льют. Запрыгнул я к ним, начал говорить, и такую жизнь счастливую себе придумал — у них слезы высохли. Я — скиталец, зэка, раздетый, нищий, бесправный. Они мне говорят: «Мы вам по-хорошему завидуем. Есть же на свете люди счастливые!» — вздыхают. А я им еще и подмаргиваю. Слово должно поднимать людей к жизни, а не толкать в могилу».

О поэтическом ремесле (там же): «Что за чудо наше ремесло! Слово — основа, а я с ним без дрожи общаюсь, на равных, ну, это все равно, что с Господом Богом на дружеской ноге.

Вот я утром встал, рано, по-птичьи; вдохнул, а стихи уже меня дожидаются. И за утро написал шесть стихотворений. Не какая-нибудь там графомания, а поэзия! Все, что написал, сегодня же перепечатал, дату поставил и в очередной поэтический том подколол. У меня — 68 томов, сейчас пишу 69-й».

О вечном (там же):

Журналист: А без чего поэт жить не может?

Боков: Без совести. Без таланта.

— Вы счастливый человек?

— Я не знаю. Наверно, да…

— А смерти не боитесь?

— Я о ней не думаю. Не напрашиваюсь. Но если придет — что делать! <…>

— Как вам видится будущее России?

— Никак. — И он на единственную секундочку сникает.

О поэзии и песне (интервью с вдовой поэта Алевтиной Ивановной, «МК», 2009): «Ему вообще не нравилось, когда его называли поэтом-песенником. Он считал себя поэтом с большой буквы. Песни он начал писать… по необходимости. В 50-х годах в Москве проходило совещание самодеятельных композиторов по созданию новой песни. Виктор вел на нем семинар, искал и редактировал тексты для песен. Не найдя в толстых литературных журналах подходящих текстов, он принялся сочинять их сам.

Когда на радио собирался художественный совет, многие побаивались Виктора Федоровича. Кроме слуха, у него была идеальная музыкальная память. Он точно знал, кто и откуда позаимствовал определенную музыкальную тему или фразу. <…> Боков нередко подходил к маститым композиторам и говорил: «Скажи честно, ты же припев взял из …», — на него шикали: «Молчи, молчи»».

 

Оренбургский пуховый платок

В этот вьюжный неласковый вечер,

Когда снежная мгла вдоль дорог,

Ты накинь, дорогая, на плечи

Оренбургский пуховый платок!

Я его вечерами вязала

Для тебя, моя добрая мать,

Я готова тебе, дорогая,

Не платок — даже сердце отдать!

 

6 фактов о Викторе Бокове:

  • Был награжден советскими и российскими орденами: Трудового Красного Знамени, Дружбы народов, «Знак Почета», медалями. Кавалер ордена «За заслуги перед Отечеством» III степени.
  • Почетный гражданин Сергиева Посада.
  • На родине Бокова в деревне Язвицы открыт музей поэта. В Сергиево-Посадском районе Подмосковья ежегодно проходит фестиваль «Боковская осень».
  • По собственному признанию, из частушек больше всего любил «те, что «с картинками», то есть с сексуальным уклоном».
  • «Он нередко писал стихи на салфетках, в ход шло все, что было под рукой. Вот и текст к знаменитой песне «Оренбургский пуховый платок» Виктор написал на почтовом бланке», — вспоминала вдова поэта Алевтина Ивановна.
  • Она же рассказывала о матери Бокова: «Мама у Виктора была удивительной женщиной. У нее был высокий голос. Она великолепного пела, как говорил Виктор Федорович, «завивала». Обладая абсолютным слухом, она не терпела фальши. Когда они шли с полдён — с дойки коров — и пели, и если кто «давал петуха», она сразу замолкала. Не зная грамоты, Софья Алексеевна очень образно говорила. Виктор считал мать поэтом, не рифмуя, она говорила по-народному, рассыпая редкие образы устного слова. Бывало, бабы поругавшись, просили их примирить. Софья Алексеевна отвечала: «Сами закипели, сами и раскипайте!» Она «ростила» и «пасила» шестерых детей. Когда лежала в больнице, к врачу обращалась: «Досточтимый доктор»».

 

Материалы о Викторе Бокове:

Статья о поэте в Википедии

Биографии на «Хроносе»

Статья «Виктор Боков. «Стихи сами на меня идут»