Реабилитация на бумаге

Эффективной системы детской реабилитации в России нет. На бумаге все вроде гладко — есть приказ Минздрава №1705н, стандарты оказания медицинской помощи, согласно которым пациенты могут получить реабилитацию после травм и при многих заболеваниях, но на практике добиться всего этого нелегко. Мария Никонова, чей сын до сих пор проходит реабилитацию после ДТП, столкнулась с этой проблемой.

В 2016 году в подмосковной Балашихе шестилетний Федор вышел из поликлиники и прямо напротив детской площадки был сбит машиной, за рулем которой сидела Татьяна Бай. Она скрылась с места происшествия, ее освидетельствование по факту не проводилось. Впоследствии женщина, покалечившая ребенка, не предложила никакой посильной помощи и поддержки ни моральной, ни материальной. Ребенок пострадал по ее вине, но ее это не тронуло. То, что возбужденное уголовное дело (полный состав налицо) не было доведено до правосудного приговора соответствует фирменному стилю следственных органов в Балашихе, где, как мы помним, уже было прогремевшее на всю страну дело, когда насмерть сбитого ребенка признали пьяным.

Татьяна Бай была лишена водительских прав, дело закрыто, а Марии Никоновой пришлось уйти с работы, чтобы заниматься лечением и реабилитацией сына.

Адвокатом пострадавшей стороны выступает кандидат медицинских наук с профессиональным стажем в четверть века Олег Родин. У него большой практический опыт и в медицине, и в юриспруденции, особенно по рассмотрению «врачебных дел».

«Ребенку в результате ДТП был причинен тяжкий вред здоровью, что подтверждается медицинским экспертным заключением, — рассказал адвокат. — Двойной перелом большой и малой берцовой кости. Повреждена клиновидная кость стопы. Это очень тяжелый перелом, который чреват синдромом жировой эмболии и другими осложнениями».

Олег Родин подчеркнул, что авария не прошла для ребенка бесследно. Укорочение конечности на сантиметр, тугоподвижность в суставе, искривление и деформация позвоночника, метеозависимость и, как следствие, сильный болевой синдром при перемене погоды, — перечисляет адвокат последствия, к которым привело мальчика ДТП.

В сентябре этого года мама Федора подала гражданский иск о возмещении морального ущерба и расходов на реабилитацию сына.

Оказавшись перед необходимостью сына после травмы, Никонова столкнулась не только с серьезными расходами на терапию, ортезы, массажи, специальную обувь и санитарно-курортное лечение, но и малодоступностью детской реабилитации. «Реабилитологов в районной поликлинике не сыскать, хорошо, если есть один методист по лечебной физкультуре», — отметил адвокат.

О том, что в России не хватает специалистов говорят давно. В дефиците детские реабилитологи, кинезитерапевты, инструкторы ЛФК, а эрготерапевтов, которые занимаются улучшением качества жизни детей после травмы и должны входить в состав междисциплинарной реабилитационной команды, вообще нет, тем более в городских поликлиниках. Большие сложности и с реабилитационным оборудованием. Оснащение отделений реабилитации рядовых медучреждений позволяет заниматься только лечебной физкультурой, массажем и физиотерапией.

Минздрав по-прежнему убежден, что реабилитация должна проводиться курсами и в специализированных центрах. «Неразумность этого подхода обсуждалась в реабилитологическом сообществе десятилетиями и, казалось, стала очевидна всем. Реабилитировать пациента два раза в год по две недели вдали от дома — это все равно как дважды в год на две недели съездить на край света в спортивный клуб. <…> результата не дадут редкие поездки в реабилитационный центр, если по месту жительства нет хотя бы простенькой, но регулярной реабилитации», — отмечает главный редактор Русфонда Валерий Панюшкин.

Не раз поднимался вопрос о создании отдельного порядка медицинской реабилитации для детей в России. Наконец, в конце 2019 года был опубликован приказ Минздрава «Об утверждении порядка организации медицинской реабилитации детскому населению», вокруг которого сразу разгорелся скандал. В результате резкой критики со стороны родителей и благотворительных организаций необходимость доработки приказа была вынесена на публичное обсуждение, которого так и не произошло.

Новый порядок должен вступить в силу с 1 января 2021 года, однако, заработает ли он в полной мере в следующем году вызывает? Эксперты полагают, что приказ Минздрава останется формальностью, а скорых изменений к лучшему в работе системы детской реабилитации ждать не придется.

Таким образом, реабилитация детей полностью возлагается на родителей на платной основе. Но у всех ли хватит денег?