Этому виду свойственно убивать себе подобных. Новое время
Следующий эпизод, связанный с осознанной попыткой применения возбудителей инфекционных заболеваний в качестве поражающих агентов связан с историей покорения американского континента.
Итак, к началу Нового Времени трудами Джироламо Фракасторо теория контагия уже смело соперничала с мизматической теорией. Европейцам было ясно, что источником инфекции могут служить не только «дурные испарения земли», но и больной человек, и вещи, с которыми он контактировал.
В 1763 году пять индейских племён в ходе восстания Понтиака, осадили британский форт Питт. Форт Питт был новой (построен в 1758 году) крепостью, построенной по системе Вобана – последнему слову фортификационной науки XVIII века. Мощная каменная звездообразная крепость была неприступной для индейцев, сколько бы их не собралось под стенами. Однако у любой крепости есть слабое место – провизия и припасы – с их окончанием заканчивается любое сопротивление. Поэтому командующий фортом – Саймон Эскуэр предложил индейцам пойти на переговоры. Следует заметить, что гарнизон крепости к тому моменту состоял из 230 солдат местного ополчения и ещё 150 женщин и детей, и в нём к моменту осады уже было около 20 человек, больных натуральной оспой. Для их содержания был выделен отдельный оспенный барак, широко называемый госпиталем.
24 июня 1763 года вождь племени Дэловеров по имени Черепашье Сердце встретился с парламентёром. В ходе переговоров в качестве откупа для снятия осады англичане передали индейцам 600 солдатский пайков, два одеяла (из оспенного госпиталя) и два офицерский шарфа, тоже от больных оспой. В тот день торговый агент Уильям Трент сделал в своём дневнике примечательную запись – «мы дали им два одеяла и два шарфа из нашего оспенного госпиталя. Я надеюсь, это даст желаемый эффект». Следует заметить, что идея вызвать эпидемию оспы среди индейцев зародилась не на пустом месте, а в ходе обсуждения планов по деблокаде форта Питт между полковником Буке и генералом Джефри Амхерстом. Тем не менее, на следующих переговорах, которые проходили три дня спустя – 26 июня, информации о том, что среди их войска началась вспышка оспы – не поступало. Более того, по данным англичанина Гершома Хигса, хорошо знавшего язык племени Деловеров, с марта 1763 по март 1764 среди индейцев от оспы умерло менее 200 человек. Так что попытка акта биологического терроризма полностью провалилась. В тот момент, англичане ещё не могли знать, что вирус оспы, хоть и и обладает высокой контагиозностью, довольно нестоек во внешней среде, и быстро теряет свою заразительность. На этом, к слову, был основан метод вариоляции – предупреждения заболевания путём введения человеку выдержанного в специальных условиях отделяемого из оспенных пустул, полученного от уже больного человека. Так что попытки применить биологическое оружие отложили ещё на век.
Потребовались труды титанов Золотого века микробиологии – Пастера и Коха, для того чтобы невидимки предстали перед взором учёных и их смогли разводить в чашках Петри, как коров на фермах. Если до этого момента военные действовали по наитию и исходя из собственных знаний о природе вещей, то теперь дело было поставлено на рельсы науки.
По неподтверждённым данным, уже в ходе Франко-Прусской войны обе стороны конфликта при отступлении оставляли на территории лошадей и коров, заражённых сапом и сибирской язвой, в надежде вызвать эпизоотию (а если очень повезёт, то и эпидемию) в войсках противника. Однако такие «экспромты» не заканчивались сколь-нибудь ощутимым успехом.
Самыми главными препятствиями на пути к успеху были два фактора – отсутствие надёжных средств доставки и драматическое непонимание того, как и почему передаются инфекционные болезни. С первым моментом разберутся только к середине ХХ века, а вот решение первого вопроса, как не странно, найдут русские учёные.
В 1899 году в форте Александр I в Финском заливе южнее острова Котлин начнёт работать уникальная противочумная лаборатория. В ней соберутся выдающиеся умы того времени для решения вопроса о том, как оградить людей от страшной болезни. В ходе своих исследований им придётся работать с культурами чумы и поддерживать их. Дело в том, что при росте только на питательных средах, бактерии, что называется, стареют – у них ослабевают смертоносные свойства, бактерии хуже размножаются, и, в конце концов, гибнут. Поэтому, для поддержания качества культур на должном уровне их периодически нужно «проводить» через восприимчивые организмы. Нет, конечно, не людей, а лабораторных животных. Так что исследователям регулярно приходилось заражать несчастных крыс, мышей и морских свинок чумой. Можно, конечно, просто втирать культуру бактерий в поцарапанную кожу – в таком случае мы можем наблюдать кожную (или целлюлярную), кожно-бубонную, бубонную или септическую формы чумы. Но самой опасной, является лёгочная чума, которую долгое время не удавалось воспроизвести в лабораторных условиях. Некоторые животные заболевали вторичной лёгочной формой и даже передавали её своим соплеменникам, но получить первичную лёгочную чумы не удавалось даже втирая культуру бактерий в носы животным. Стало очевидно, что тут играет роль какой-то другой, скорее всего физический, фактор передачи. И ученые стали экспериментировать с размером частиц аэрозоля, содержащего возбудитель. Выяснилось, что оптимальным размером капелек является 5 мкм – капли именно такого размера достигают самых глубоких отделов дыхательного древа, и именно такие капли образуются при кашле и летят дальше всего. Это открытие стоило жизни двум исследователям – Владиславу Турчанинову-Выжнекевичу и доктору Шрейберу, но, в свою очередь, это же открытие ставило серьезнейшее препятствие перед боевым применением чумы, поскольку создать стойкий аэрозоль такого размера в полевых условиях в тот момент, не представлялось возможным.
Лаборатория чумного форта проработала чуть более 15 лет: в 1914 году в связи с началом Первой Мировой войны лабораторию перевили из Чумного форта в глубь страны – в Саратов, где она работает до настоящего времени.
To by continued
Список использованной литературы:
1. Архангельский А.М. и др. Бактериологическое оружие и защита от него. М.: Воениздат, 1971
2. Мэйор А. Яды, микробы, животные, адский огонь : История биологического и химического оружия Древнего мира / Адриенна Мэйор ; [пер. с англ. А.Г. Коробейникова]. – М.: КоЛибри, Азбука-Аттикус, 2023
3. Супотницкий М.В. Биологическая война. Введение в эпидемиологию искусственных эпидемических процессов и биологических поражений: монография, Супотницкий М.В. – М.: «Кафедра», «Русская панорама», 2013
4. Супотницкий М.В., Супотницкая Н.С. Очерки истории чмы: в 2-х кн. Кн. 1 – 2: Чума биологическая природа /М.В. Супотницкий, Н.С. Супотницкая. – 2-е изд. – М.: Вузовская книга, 2012
#Биология@inbioreactor
#Медицина@inbioreactor
#История@inbioreactor
#Заметка@inbioreactor
Текст: #Липилин@inbioreactor
Редактура: #Самсонова@inbioreactor
#Наука #Научпоп
